Готовились мы за месяц. Созванивались с Ваней, часами разговаривали, до мельчайших подробностей обсуждали организацию группы: кто что несет, кто что делает… И вот, в день ИКС, мы вставали в 6 утра, нагружались рюкзаками, и ехали на Масленичную поляну. Час езды в тесной, но такой оживленной электричке, потом – час или полтора ходьбы по заваленному глубоким снегом лесу. Я безумно любила шагать с песнями по узенькой тропинке в толпе таких же авантюристов, как мы. Ожидание праздника – что может быть прекрасней?

Возле поляны мы находили уютненькое место, раскапывали его от снега, разводили костер… В полдень ребята шли штурмовать огромную ледяную крепость, построенную на поляне организаторами, а я начинала колдовать над блинами. Возле костра было нереально жарко, дым разъедал глаза… Я раздевалась до маечки, повязывала лицо полотенцем, чтобы оно впитывало слезы от дыма, и начинала печь блины на костре. И, знаете, я была самой счастливой на свете, хотя после таких экспериментов меня в институте несколько дней спрашивали, почему я хожу зареванная…

А потом… Потом наступал вечер. Песни под гитару, горячий глинтвейн, искры костра в темноте… И долгий-долгий путь к станции электрички по заснеженному лесу. Поляна каждый раз была на новом месте, но, я до сих пор помню все эти места. Каждый раз дорога домой несла что-то новое и интересное. Однажды Ваня сделал факелы из бересты, и шел впереди, как Данко с Сердцем; в другой раз, устав, мы все рухнули на снег на одной из полян, и смотрели на звезды… А однажды мы почти заблудились и чуть не опоздали на последнюю электричку…

Я всегда любила этот день. Я помню, как после переезда в Арканзас, накануне Масленицы у меня было навязчивое чувство, что я еще МОГУ УСПЕТЬ. Я представляла, как там, без меня, они собирают вещи, договариваются о месте встречи… И я думала: «Как же так?? Я же тут, у меня еще есть время…». В 9 вечера я думала о том, что в Москве уже 6 утра, и там, далеко, у них звонит будильник. А к 10 вечера я осознала, что они уже встретились, и я опоздала. Они ушли в лес. Впервые без меня. Я всю ночь плохо спала и не находила себе места, представляла, как они штурмуют крепость, поют песни… Я прекрасно знала, что они там делают, но одного я себе представить не могла: они готовили мне сюрприз. Утром, заглянув в инет, я узнала, что ребята сделали меня из снега, чтобы я была в этот день с ними. Они сделали у меня на груди паучка из веточек, совсем как на моем любимом свитере, одели на снеговик мой желтый шарфик, который принес брат... Узнав о снеговике, я разревелась, и очень долго не могла успокоиться…

А на следующий год они отправили в небо самодельный воздушный шар, который поднимался, почти как настоящий: от тепла разогретого воздуха. На шаре было написано: «Наде в Америку…»

Я вас очень люблю, ребят. И очень-очень скучаю…